История мотивированной профессиональной антироссийской активистки | РИА-Лента
Главная » В Мире » История мотивированной профессиональной антироссийской активистки

История мотивированной профессиональной антироссийской активистки

Среди самых яростных антироссийских активистов есть не только французские журналисты. Диаспора из бывшего СССР во Франции тоже не лишена подобных личностей: пусть их на самом деле не так-то и много, но некоторые питают столь сильную ненависть к России, что просто не могут остаться незамеченными. А кое-кто даже высказывается в СМИ. Что многое объясняет.

Он же сказал ему в ответ: написано: не хлебом единым будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих (Евангелие от Матвея, 4:4)

Часть 1. «Роль личности может быть важной»

Путь эмигранта всегда непрост, особенно если связи с родной страной разорваны, внешней силой или по доброй воле. Наша героиня когда-то была очень способной, амбициозной, трудолюбивой и упорной девочкой. Она родилась и росла в достаточно обеспеченной семье по меркам страны, на которую обрушились всевозможные социальные бедствия: войны, революции, тоталитаризм. На этой эпохе оставила след каждодневная нехватка еды, одежды, предметов первой необходимости. Будучи выходцем из привилегированного класса, она принадлежала к элите, затем оказалась под покровительством высокопоставленного партийного чиновника, советского писателя Константина Симонова. «Я выросла в СССР с марксистским представлением о том, что историю творят массы, и что лидеры появляются лишь в подходящий момент, когда в них некоторым образом вдыхает жизнь объективное направление истории. Мне потребовались многие годы жизни на Западе и личный опыт, чтобы понять, насколько важной может быть роль личности».

Она уехала из Советского Союза по собственному решению и против воли родителей. Она сменила страну и мужа. И, кажется, нашла наконец свое призвание во Франции в «Интернационале сопротивления». По этому поводу она пишет: «Мне было интересно работать, потому что я оказалась внезапно втянутой в деятельность, которая позволяла свести старые счеты с советской властью. Как я уже писала, я с юных лет не принимала советский строй, но не успела попасть в настоящий круг диссидентов. И вот теперь мне представилась возможность делать что-то полезное для «общего дела».

По сути же, неприятие ей столь ненавистного советского режима было лишь видимым, так как борьба за «общее дело» входит в число социальных убеждений этого самого режима. Ведя борьбу с вышедшими из октябрьской революции коммунистами, наша героиня начинает подготовку других революций, причем без особых терзаний совести. «Понятно, что многие акции «Интернационала сопротивления», в частности в Афганистане, в Никарагуа, в Чаде и в Анголе не могли проводиться без логистической помощи американских спецслужб, но у нас не было принято задавать лишние вопросы».

Иначе говоря, девушка записалась в добровольцы в самый разгар холодной войны. Лично я предпочла бы историю России без всех этих революционеров и воинов с различными идеалами, но я все же могу это понять…

Как бы то ни было, «Интернационал сопротивления» все же одержал победу при поддержке «империи добра». «Империя зла» разрушена. «Побежденные» народы были разделены, дестабилизированы, деморализованы, унижены, и несколько лет им опять пришлось голодать! Цель достигнута? Почему же тогда вы не ушли с поля боя, госпожа Аккерман?

Часть 2. «Нельзя не беспокоиться за российский народ»

Осень 1999 года запомнилась москвичам чередой взрывов жилых домов и тревожными мыслями: «Проснусь ли я завтра утром?» Галина Аккерман писала: «Нельзя не переживать за российский народ, который изолирован от мира прессой, наблюдает за политической борьбой, напоминающей противостояние мафиозных кланов, и оказывается под прицелом правительства, стремящегося обработать его с помощью нечистоплотных журналистов… Иначе говоря, сложилось общество, где криминальные нравы стали ежедневной действительностью». Лично я не согласна с вашим восприятием этой эпохи, госпожа Аккерман. Но время идет, и столь желанная стабильность наступила. Россияне отнеслись с недоверием к новому президенту. Но постепенно все изменилось. Население вновь стало народом. Однако Галина Аккерман была очень далека от его жизни и взглядов: «Складывается впечатление, что вся путинская стратегия была разработана по его приходу к власти. Он расставил повсюду своих людей, создал партию, которая позволяет ему контролировать законодательную власть и обрабатывать массы, ввел политику нефтегазового шантажа и т.д.». На самом деле, мадам Аккерман, он навел порядок, то есть напомнил олигархам, что они — не власть (этого, кстати говоря, совершенно не ожидал Березовский), и стал придерживаться очевидного для отстаивающего свои интересы государства принципа о невозможности предоставления бесплатных ресурсов тем, кто плюет тебе в лицо. У России, что, не было на это права?!

Галина Аккерман регулярно осуждает ужасные последствия традиций и обычаев, а также предъявляет высокие требования к нравственности россиян. Так, например, они просто обязаны оказывать безусловную поддержку действиям Greenpeace: «Цинизм превалирует в перешедшем к дикому капитализму обществе, которое отказывается верить в альтруистический порыв». В то же время ее определение дикого капитализма представляется крайне неоднозначным, если судить по ее заявлениям насчет углеводородов. Ведь в других обстоятельствах она что-то не призывает на помощь Greenpeace с его «альтруизмом». Простой пример: «Наконец, огромные месторождения газа и нефти были открыты в Средиземном море и в Египте, не говоря уже о добыче сланцевого газа в США, что станет устойчивым фактором снижения цен на углеводороды в мире». В этот момент экология и альтруизм отходят на второй план, уступая место «старым счетам». Все, что противодействует интересам России, систематически прекрасно. Поэтому западные санкции против Москвы вызывают у нее бурные мечтания: российский народ будет беднеть!

Часть 3. «Ретроградская церковь»

В Москве разгорелся скандал вокруг как бы художественной выставки, которая на практике представляла собой демонстрацию гнусностей, порнографии и провокаций с явным оттенком религиозной ненависти. После того, как организаторов приговорили к штрафам, Аккерман так описывает события: «Двум подсудимым вынесли обвинения по статье 282 УК РФ: призыв к ненависти и унижение достоинства. (…) Как всем известно, российский суд не пользуется репутацией независимого. Зачем нужен процесс, который лишь еще больше очернит образ страны? (…) Ответ следует искать во взаимозависимости РПЦ и политической власти. Дело в том, что церковь становится все более требовательной в сфере религиозного образования и цензуры. Отсюда и этот процесс…» Тут сразу же угадывается привычная риторика микромира, который сформировался вокруг небольшой, но очень громкой части потомков русской диаспоры. Они когда-то критиковали патриарха Сергия и митрополита Алексия за поддержку Советского Союза во время Второй мировой войны и признание правительства СССР при том, что сами они были в безопасности во Франции. Сегодня французские СМИ становятся рьяными пропагандистами идей этих кругов, а госпожа Аккерман все еще таит злобу на православную церковь. Она без конца обличает ее «растущий диктат» и утверждает, что борется «против этой ретроградской церкви, которая так и не покаялась за коллаборационизм с коммунистическим режимом и насчитывает в своих рядах немало агентов КГБ».

Многие французы даже не понимают, насколько подобные заявления оскорбительны. Почему? Потому что количество жертв советских репрессий среди православного духовенства и верующих просто неисчислимо! Большинству пришлось пройти через невообразимые пытки и страдания! А Вы, госпожа Аккерман, хотите судить тех, кто выжил? От чьего имени вы обвиняете их в коллаборационизме? Дед патриарха провел 30 лет в лагерях, а его отец — шесть. Сам он рос в нищете. Перед кем он должен извиняться за это тяжелое прошлое? Перед Вами, дочерью номенклатуры, которая стала бунтаркой, лишь оказавшись в безопасности за границей? Кстати говоря, разве агенты КГБ не присоединялись к диссидентам? Там, что, не было информаторов? Почему Вы скрываете от читателей, что там переплетались самые разные влияния?

Однако Ваша личная война так важна, что должна рассорить государства. Вы добавляете: «У французских культурных институтов, возможно, найдется средство давления на российские власти». Что-то новенькое! В таких условиях Галина Аккерман всеми силами борется с «путинским храмом»: «Было бы понятнее, если бы российские власти решили построить духовный центр для русскоязычного населения Парижа и пригородов. Центр, куда православные могли бы прийти вместе с мусульманами, католиками, иудеями и буддистами, где уроженцы Российской Федерации могли бы молиться на русском языке, а также проводить выставки, концерты и семинары, делясь тем самым духовными сокровищами с жителями французской столицы». Не знаю, существует ли где-то в мире подобное место, но не слышала, чтобы какое-то государство построило его! Это ее лучшая шутка! Получается, что Галина Аккерман в некотором роде идет по стопам Сталина. При коммунизме практика общих молитв была довольно распространена… в застенках!

КонтекстНовый храм в Париже укрепляет мягкую силу РоссииThe Economist08.12.2016Париж не для ПутинаGazeta Wyborcza13.10.2016Давние традиции антироссийской риторики СШАThe Intercept26.02.2017Франция — новый друг диктатурBoulevard Voltaire03.02.2016Что же Вы, госпожа Аккерман, собираетесь использовать такие же средства, чтобы принудить людей разного вероисповедания к общей молитве? Кстати говоря, даже агенты КГБ не придумали метода, чтобы перевести все эти религиозные практики на русский язык. Если даже не обращать внимания на различия церквей, РПЦ ведет службы на старославянском. Русские, украинцы, белорусы и молдаване молятся на старославянском! Думаю, Галина Аккерман в курсе. Наверное, она держит читателей за идиотов? А затем идет фраза «делясь тем самым духовными сокровищами с жителями французской столицы». Как это в духе Галины Аккерман, самопровозглашенного судьи, которая клеймит Россию за пропаганду! Она отважно разоблачает скрывающийся за иконами и куполами заговор, проект «мобилизации русских диаспор, проект русского мира». Она, видимо, не терпит конкуренции, ведь сама всячески стремилась удержать часть диаспоры под своим влиянием.

Часть 4. «Сценарий государственного переворота»

Излюбленным козлом отпущения Галины Аккерман, естественно, стал Владимир Путин: «Его место — в Международном уголовном суде». Или: «С возвращения Владимира Путина к штурвалу страны просматривается проект по изменению общества и возобновлению холодной войны по внутренним соображениям». И еще: «Это Путин приказал Януковичу подавить демонстрации и открыть огонь по толпе». К этому, кстати, мы еще вернемся. Наконец, самое неожиданное: «Владимир Путин — не антисемит, а прагматик, который может поставить под угрозу жизни евреев, а также любых других людей (прекрасным примером тому стала Чечня) во имя скрытого империализма». Удивительно слышать подобное из уст той, кто так активно сотрудничала с французским «Евромайданом» и всячески отрицала существование неонацистов на Украине!

Для Галины Аккерман Путин становится поистине неистощимой темой. Когда президентом был Медведев, она приписывала Путину организацию заговора: «Не исключено, что через два года ему придется подать в отставку, или что с ним что-то произойдет. Или же будет вновь изменена конституция, после чего можно будет проводить новые выборы. (…) В целом, можно предположить, что Медведев не доработает до окончания президентского срока». На самом деле ничего подобного не произошло. Далее потенциальной жертвой становится уже Путин: «Не думаю, что этот народ может отказать ему в солидарности, хотя часть элиты могла бы. (…) Как мне кажется, сценарий государственного переворота в том или ином виде нельзя полностью исключать даже в ближайшем будущем. В стране должна найтись группа разумных людей, которые уже испытали на себе последствия санкций или могут испытать их, и не хотят мириться с ведущим прямо в стену курсом Путина».

Российский народ поддерживает действия президента, а нашему эксперту чудится государственный переворот. Может, ей стоило бы хоть ненадолго оставить Россию в покое? Кроме того, она заявляет, что антизападная пропаганда в России заранее подготовила народ к принятым Западом санкциям. Вот это да! Запад тоже играет на руку Путину… Чуть позже Галина Аккерман вздыхает: «Россияне боятся революций и видят в них попытки дестабилизации из-за границы». Да как только у них хватает наглости подозревать во всем подвох?! Сначала иностранные эксперты желали только мира, а теперь утверждают, что революции всегда во благо?!

В другом интервью Галина Аккерман размышляет о том, как подтолкнуть к действию «разумных людей»: «Если россияне не смогут так же свободно путешествовать, как раньше, и пользоваться западными кредитками, если экономический рост пойдет на спад, если им запретят пользоваться интернетом… сможет ли это поднять их на ноги? Вывести на улицы?» Наконец, мечта всей жизни Галины Аккерман: «По всей видимости (к сожалению для нас, европейцев) против России придется принимать жесткие санкции, которые могут сбить спесь с правящей элиты и заставить ее сменить режим. Пока Путин остается у руля, следует опасаться его империалистических планов». Эти самые империалистические планы, это якобы прозвучавшее распоряжение о расстреле украинских демонстрантов и стремление вернуться к холодной войне напоминают нам о том, что за последние годы мы увидели ряд весьма субъективных интерпретаций империализма.

Часть 5. Люди в Донбассе «опьянены ношением оружия и готовы стрелять»

По всей видимости, Галина Аккерман настроена на безмерное прославление образа народа Западной Украины в том виде, в каком его представляют ультранационалисты (его идентичность сложилась в противостоянии с Россией). Эта идентичность формировалась под планомерным воздействием оккупантов того времени: Австро-Венгерской империи. Тех, кто, несмотря ни на что, стремились сохранить свою культуру и православие, угнетали или даже уничтожали в первых концлагерях в современной истории. Эта трагедия мало известна во Франции, но куда больше в США и Канаде, где сохранились большие общины иммигрантов (как ни парадоксально, среди них хватает потомков как этих православных, так и бандеровцев, изгнанных в конце Второй мировой войны).

Для понимания ситуации в современной Украине совершенно необходимо знать противоречивую и трагическую историю этой страны, которую наш эксперт предпочитает упрощать и искажать. Подхваченная Галиной Аккерман шовинистическая идеология Западной Украины лежит в основе революции на Майдане. Как следствие, настоящая история народа Донбасса не имеет ничего общего с той, что представляет Аккерман, то есть пропагандистской версией нынешнего киевского правительства. Можно даже сказать, что некоторые расистские обороты отдают духом Майдана: «Со сталинских времен в Донбассе сформировался особый менталитет, потому что он добывал уголь для индустриализации всей страны». То есть, добыча угля оказала серьезное воздействие на менталитет. «Люди в его городах живут там одно-два, в редких случаях три поколения. Они прибыли со всех концов СССР и держатся за свою былую значимость, хотя сейчас для нее нет никаких оснований». Категоричное утверждение. Эти промышленные регионы по-прежнему опираются на рабочую силу. Эксперт хочет сказать нам, что шахт и заводов больше нет? Но они есть. Так почему же этому народу нельзя гордиться своей историей? «Эта гордость и чувство „особенности» накладываются на явление, которое было унаследовано с царских времен, но осталось в неприкосновенности в советский и даже постсоветский период: в этом регионе, где вся жизнь выстраивается вокруг шахт и огромных металлургических заводов, где начальник — бог». То есть, Аккерман признает, что народ Донбасса сформировался в царские времена, хотя сама нередко называет его потомками советских колонистов! Кроме того, пусть даже заводы и шахты датируются советской эпохой, не понятно, какие же таинственные силы воздействуют на менталитет. Уголь? Советская идеология? «Начальник-бог»? Попытка объяснить: «Культурная модель региона заключается в слепом подчинении начальникам, злым и нечестным эксплуататорам, что не оставляет ни малейшей свободы выбора работнику. В царскую эпоху начальник был капиталистом классического образца, в советскую — «красным» директором, который заставлял выполнять поставленный Компартией план, а в постсоветскую — олигархом».

По всей видимости, после обретения независимости и особенно после «Майдана» такая ситуация стала нормой по всей «проевропейской» Украине, что вынуждены признать даже французские СМИ. Однако Галина Аккерман заводит старую песню: «Жизнь в Донецке и Луганске не назвать прекрасной: воздух грязный, дома выглядят отталкивающе и находятся в плачевном состоянии, а хорошие рестораны и услуги тут куда большая редкость, чем Киеве или Ужгороде». Госпожа Аккерман, вы презираете тех, кто ниже вас по социальному статусу, или делаете вид, что оплакиваете участь этих людей? Ведь вы не выражаете надежду на разумный мирный договор, а совершенно безжалостно заявляете: «Киев должен победить в войне, которую ведет Россия руками наемников и местных вооруженных групп при поддержке застрявшей в далеком советском прошлом части населения Донбасса». То есть, по-вашему, «застрявший в далеком советском прошлом» народ не заслуживает ничего лучше войны? Вы говорите: «Мне бы хотелось, чтобы все это оказалось просто кошмаром, и чтобы мы завтра проснулись и увидели прозападную и демократическую Украину». Только вот остается одна небольшая проблема? Отвергающая Запад часть населения Донбасса должна исчезнуть… Ведь у нее неправильный менталитет!

И напоследок: «Кремль контролирует пронизанную ненавистью риторику в СМИ». Думаю, стоит немного подкорректировать фразу: «Галина Аккерман продвигает пронизанную ненавистью риторику в СМИ». Что вы на это скажете?

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан